Пятница, 05.03.2021, 21:10
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Николай Башмаков

Меню сайта
Категории каталога
Лирика. Рассказы, миниатюры. [20]
Рассказы, миниатюры.
Юмористические рассказы, байки, миниатюры. [28]
Сатирическая страничка [29]
Реплики, полемика, "загадки", сатирический словарик
Для детей. Сказки. [14]
Сказки для детей, детские "фантазии".
Публицистика [61]
Статьи в газеты, реплики и пр.
Армейские байки [15]
Интересные армейские случаи и истории, превратившиеся в анекдоты и байки.
Анекдоты [16]
Анекдоты автора и пользователей сайта.
Отрывки из новых книг [9]
Отрывки из опубликованных и новых книг.
Природа и люди. Рассказы. [10]
Ироничные рассказы серии "Природа и люди".
Встречи с читателями [47]
Фотографии, краткие отчеты и ответы на вопросы читателей.
Страничка пчеловода. [16]
Некоторые секреты и советы практического пчеловодства.
ТВВИКУ [5]
Тюменское высшее военно-инженерное командное училище.
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог произведений

Главная » Произведения » Публицистика

Холодный Ключ – смерть после взлета. (Продолжение).

Вот в таком состоянии застала Холодный Ключ весть о начале Первой мировой войны. Эта война потребовала невиданного до тех времен  количества солдат. Наиболее здоровых  и работоспособных мужиков переодели в шинели и отправили воевать "За Веру, Царя и Отечество". А точнее, за интересы европейских держав, затеявших очередной передел мира. Холодный Ключ в течение нескольких лет превратился в обнищавшее, вымирающее село.

Не добавили его жителям процветания и годы революции. Социалистическая революция была встречена крестьянами с надеждой, но последовавшая за ней гражданская война село окончательно разорила.

Медленное возрождение началось только в двадцатые годы. Была безвозмездно получена в собственность земля. Установился долгожданный мир. В селе открыли  школу. Почти поголовно неграмотное население  за несколько лет научилось и читать, и писать.

Однако обладание землей и всеобщая грамотность к экономическому подъему в селе не привели. Главным  орудием  производства  у сельского пахаря по-прежнему оставались вислоухая Савраска да соха.

К началу тридцатых в государстве сложилась парадоксальная ситуация. В стране стремительными темпами шла индустриализация. Бурно развивались промышленность, торговля, наука, культура, а село остановилось на месте. Оно было не в состоянии обеспечить страну даже самыми необходимыми сельхозпродуктами. Главная причина: все  работают по-новому, крестьянин – по старинке.

Правительство, во главе со Сталиным, принимает решение: создать на селе коллективные сельхозпредприятия (колхозы), которые оснастить современной техникой и установить в них рабочую дисциплину, как на промышленных предприятиях.

В Холодном Ключе (как и повсюду) эту весть встретили неоднозначно. Те, кому терять было нечего, радовались.  Кто жил зажиточно, встретили новшество в штыки. Особенно яро были настроены против образования колхозов так называемые "кулаки". (Класс мелких эксплуататоров).  В народе их не зря прозвали "мироедами". Они были недовольны перспективой передачи  части скота и орудий сельхозпроизводства  в общественную собственность. Но особую озлобленность кулаков вызвала потеря почти дармовой  рабочей  силы –  батраков.  Батраки работали на них либо за долги, либо за похлебку.

Подогретый кулаками слух о том, что вся живность, включая кур, будет передана "в коммуну" (некоторые грозили:  в общественное пользование отдадут и жен), привел к ажиотажу. Крестьяне  начали в массовом количестве забивать скот.

Каждый в отдельности рассуждал логично: "Я свою Савраску прирежу и пущу на пользу своей семьи, а пахать буду вместе с соседом на его Мерине". Но и сосед рассуждал точно так же. Кулацкое подстрекательство и крестьянская "сообразительность" вышли всем боком. Пришла  весна, а как пахать? А тут как по заказу и  очередной неурожайный год. Небывалая засуха. В результате –   голодомор!

И снова в Холодном Ключе в почете лебеда и крапива. Трудно проходило становление колхоза. Мешали кулаки, давила частная психология, замучили своими "перегибами" чиновники и ребята из НКВД.

Пережили и это. Прошло пяток лет и по колхозным полям и дорогам уже бегали тракторы и машины. В Холодном Ключе стали забывать о голоде. Народ вспомнил:  веками Русь выживала благодаря коллективному (общинному) труду. В село пришло электричество, радио. Был построен просторный клуб, в котором располагалась изба-читальня, ставились самодеятельные спектакли,  показывались кинофильмы, совместно отмечались праздники. Народ запел новые песни. Из этих песен стали уходить тоскливые нотки о безрадостной жизни.

Эх, кабы не новая война! Да такая, какую на Руси еще не видывали…

Из ушедших на Великую Отечественную в Холодный Ключ вернулся лишь каждый третий. И это было еще по-божески. Во многих деревнях и селах вернулись единицы.

И снова борьба. Борьба за восстановление страны. Снова недоедание, недосыпание,  работа от зари до зари. Холодный Ключ не был разрушен непосредственно боевыми действиями, но для Победы и восстановления отдавал все. Достичь довоенного уровня удалось не сразу.

Наконец,  страна была восстановлена. Советское  Правительство (тут снова вполне применимо слово "впервые") начало отдавать работавшей на износ деревне долги. На село стали выделять деньги.  В Холодном Ключе развернулось небывалое для этих мест строительство.

Строили индивидуальные дома, фермы, склады, зернотоки. Построили новую школу, больницу, клуб. Всем селом на субботниках строили общественную баню. Год от года возрастала насыщенность села техникой. Благодаря технике стали укладываться в короткие сроки, отведенные природой для сева, сенокоса и уборки. Впервые за многовековую историю крестьянин-колхозник смог себе позволить установить нормированный рабочий день.

Неотъемлемой частью жизни   стала культура. Телевидение, радио, книги, кинофильмы, концерты гастролировавших по стране артистов входили в быт и культурный досуг селян. Опять же впервые в истории уровень жизни российского села вплотную приблизился к уровню жизни в городе.

О массовом голоде забыли.   Холодный Ключ, вместе со страной, переживал  взлет.

Но уже был разработан план очередного (сколько их было) "ослабления России на века". Уже вбивались межнациональные клинья в содружество братских народов. Уже сидели и шипели на городских кухнях те, кто всерьез воспринимал идею об "интеграции России в мировую экономику". Наивно верил в то, что Запад  станет  вкладывать деньги (делать инвестиции)  в страну с самым суровым климатом, где издержки на любое производство неизмеримо выше мировых.

И снова война. На этот раз враг пришел не с мечом, а с водкой и калачом. У войны странное название: "Либеральные реформы". Название довольно лицемерное, потому как после этих реформ народ, в массе своей, жить "как на Западе" не стал, а привычный уклад жизни наших людей был разрушен.

Начались необратимые процессы и в Холодном Ключе. Сначала объявили "вне закона" колхоз. Видимо в "благодарность" за то, что колхоз помог выстоять в годы страшной войны и  покончить в стране с голодом без всякой помощи извне.  А,  может, перевесил другой "грех". Уж больно быстро уровень жизни на селе начал приближаться к городскому. "Бесталанной" простушке деревне выделяли деньги, а "талантливая" городская элита "жила в нищете".

Коллективное хозяйствование признали "неэффективным" и колхозы начали распускать. Одновременно был кинут клич: "Страну накормит фермер-частник!". (Это в стране, которая веками жила по законам общины!!!). Не имеющим элементарного представления о сельской жизни "новым правителям" померещилось:  в холодной стране можно наладить "эффективное  сельхозпроизводство" по тем же трафаретам, что приняты в странах с благоприятным климатом.

Ломать не строить. Хозяйство растащили за несколько месяцев. Многие, в первую очередь те, кому досталась техника, устремились в фермеры.

Новоявленное правительство, проводившее политику перехода от общественной формы собственности к частной,   провозгласило курс на  поддержку фермера.  Но "поддержка" оказалось фикцией.  К этому времени само Государство Российское отдало почти всю свою собственность в руки частника и лишилось главных рычагов влияния и на экономику, и на общество.

Село осталось без государственной поддержки.  Новоявленные фермеры практически сразу разорились и перешли в разряд "индивидуальных хозяйств".  Иначе говоря, вернулись  в старинные времена  к натуральному хозяйству.

Колхоз был разрушен, фермеры не состоялись,  и основная часть трудоспособного населения села  лишилась работы. Все, кто мог, устремились в город, где можно было найти хоть какое-то занятие и заработать хоть какие-то гроши. Препятствий в этом никому не чинилось. В стране официально проводилась политика насаждения индивидуализма, и разрушение общинных устоев поощрялось.

За несколько лет Холодный Ключ опустел. Но в нем еще теплилась жизнь до той поры, пока правители  не запустили программу "оптимизации".

Суть этой программы проста. Лишившись собственности, государство, выискивая деньги,  начало работать по принципу: лучше собрать с миллиона нищих по копейке, чем "попросить" миллион у олигарха". В поисках этих "копеек" чиновники проявляли чудеса изобретательности. От этого напрямую зависело повышение их "жизненного уровня". Потому задумываться над тем, что, закрывая школу, больницу и клуб, они окончательно рушат уклад жизни села и подталкивают его к вымиранию, "эффективным хозяйственникам" было без надобности. Подумаешь, ещё одно  "бесперспективное" село исчезнет.

В Холодном Ключе сначала признали малокомплектными и закрыли школу и детский сад. В результате почти все молодые семьи переехали в ближайший поселок, где к этому времени освободилось много домов. "Шоковая терапия" способствовала этому.  На каждый десяток умерших  там рождался один ребенок. И хоть с работой в поселке тоже было туго, но детсад и школа пока функционировали.

В Холодном Ключе не стало молодежи, не нужен стал и клуб. Его закрыли, а здание "разобрали на запчасти".

С больницей пришлось повозиться дольше. Старики,  все как один, желали лечиться. Ее убирали в два этапа. Сначала сократили до размеров медицинского пункта.  А когда недовольство людей утихло, ликвидировали и медпункт. Теперь в Холодном Ключе было некому поставить даже простой укол. В результате из села потянулись и пожилые. Сердобольные дети стали более активно забирать родителей к себе.

Дольше всех  держалась церковь. Она выстояла и не была разрушена даже в лихие двадцатые. Во время троцкистского нашествия на православные храмы. Теперь  из-за  отсутствия прихожан приход был закрыт, батюшка уехал в райцентр, а церковь разграбили и сожгли, чтобы скрыть следы, какие-то заезжие "гастролеры".

***

Переживший за время своего существования множество бед и катаклизмов Холодный Ключ "либеральных реформ" не перенес. После "оптимизации" в нем осталось полтора десятка стариков. В течение последующих трех лет уехали и они. Кого забрали в город, а кого увезли на Крутую Горку.

На этой горке покоились все поколения их предков. По преданию души умерших любили эту господствующую над местностью высоту. Во время поминок там открывалось окно, через которое можно было поговорить с покинувшими этот мир родными и близкими. Они слышали всё и многим  помогали оттуда в исполнении заветных просьб и желаний.

Оставшиеся доживать на родине старики приехали на Крутую Горку последними. На них и прервалась эта связь с предками.

 Прошло несколько лет, и красивая лощина, в которой располагался  Холодный Ключ, заросла лопухами, кустарником и молодыми деревцами. От старинного русского села осталось несколько  разрушенных домов, пруд в котором теперь хозяйничали бобры, и кладбище на Крутой Горке.

Заросло и это кладбище. Лишь изредка здесь еще попадались ухоженные могилки. Их привели в порядок те, кто под воздействием ностальгии приезжал из городов в родительскую субботу. Когда уйдут из жизни и они, окончательно уйдет из памяти людей и это село. Лишь сухая архивная справка сможет напомнить:  когда-то на этом месте бурлила жизнь. Здесь жило и питало древо России село с названием "Холодный Ключ".

Но справка эта не будет востребована.  Год от года возрастает количество людей, живущих одним днем. Их не интересует ни прошлое, ни будущее… А Холодный Ключ ушел  в прошлое. Он умер.

Исчез ещё один ключик, питающий полноводную российскую реку. Засох очередной корешок, как все еще многим кажется, огромного и вечнозеленого древа России.

 Сёл и деревень с подобной судьбой в России тысячи. Так что же мы за "отряд" такой, если в упор не видим потери такого количества "бойцов"? не замечаем того, как НАША ОБЩАЯ МАЛАЯ РОДИНА умирает!

Подобно страусам мы спрятали голову в песок и следом за нашими "командирами" повторяем: "У нас все хорошо… Россия вперед!"

А встречать Лихо в "безопасной" позе страуса  – нельзя. Обязательно прилетит российская птица мудрости – Жареный Петух… И клюнет!..

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Категория: Публицистика | Добавил: nbbashmakov (25.01.2010)
Просмотров: 1072 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 1
avatar
1 LybaSem49 • 12:53, 29.04.2010 [Материал]
Николай Борисович, получила огромное удовольствие от чтения страниц истории села со дня его рождения до наших дней.Материал подкупает доступностью, последовательностью изложения,яркостью фактов, достоверностью, умением использовать изобразительные средства языка.
Вы , человек неравнодушный ,душой болеющий за будущее страны, на примере "Холодного Ключа" показали нам судьбу наших многичисленных деревень, которые стоят заброшенные ,заросшие бурьяном, с заколоченными окнами. Почему так произошло? Вы разъяснили нам доходчиво и точно .
Доподлинно известно,что городу без села не прожить. Труд крестьян всегда кормил ,одевал не только их ,но и нас горожан.И пора бы уже задуматься об этом и ,если ещё "жареный петух" не клюнул ,то вот- вот клюнет.
Не могу не вставить стихотворение моего любимого поэта Э Асадова. Он его сочинил в1998году. А сейчас на дворе 2010 год. А что изменилось???

Гибнущая деревня
Умирают деревни, умирают деревни!
Исчезают навеки, хоть верь, хоть не верь.
Где отыщется слово суровей и гневней,
Чтобы выразить боль этих жутких потерь?!

Без печали и слез, будто так полагается,
Составляется акт, что с таких-то вот пор
Деревенька та "с данных учетных снимается"
И ее больше нет. Вот и весь разговор.

А ведь как здесь когда-то кипела жизнь!
С гулом техники, свадьбами и крестинами.
Воевали с врагами и вновь брались
И трудиться, и свадьбы справлять с любимыми.

И бурлила бы с шуткой и смехом жизнь,
И пошла бы считать она вверх ступени,
Если б в душу ей яростно не впились
Все, кто жаждал свалить ее на колени!

Почему покидают тебя сыновья?
Отчего твои дочери уезжают?
Потому что нищают твои края!
И тебя в беззакониях попирают!

Сколько сел на Руси, что от благ далеки,
Нынче брошены подло на прозябанье?!
Где живут, вымирая, одни старики,
И стираются с карты былые названья.

Сколько мест, где село уж давно не село,
Где потухшую жизнь только пыль покрывает,
Где репьем как быльем все до крыш поросло,
И в глазницах окон только ветры гуляют...

Впрочем, есть и деревни, где жизнь и труд,
И в сердцах еще где-то надежда бьется.
Только сел, где не сеют уж и не жнут,
Не поют, не мечтают и не живут,
С каждым годом все больше под нашим солнцем...

Так на чем же, скажите, живет Россия?
И какой поразил нас суровый гром?!
Что ж мы делаем, граждане дорогие?
И к чему же в конце-то концов придем?!

Пусть не знаю я тонкостей сельской жизни,
Пусть меня городская судьба вела,
Только всех нас деревня произвела,
Из которой все корни моей Отчизны!

Это значит... а что это вправду значит?
Значит, как там ни мучайся, ни крути,
Но для нас нет важней на земле задачи,
Чем деревню вернуть, возродить, спасти!

А покуда в нелегкие наши дни
За деревней - деревня: одна, другая,
Обнищав, словно гасят и гасят огни,
И пустеют, безропотно исчезая...

avatar